АЛЬБЕРТ ЭЙНШТЕЙН О НЕНАСИЛИИ, О НАС, О МИРЕ

Давно пора заменить идеал успеха идеалом служения

Достойна только та жизнь, которая прожита ради других людей.

Жизнь священна; это, так сказать, верховная ценность, которой подчинены все прочие ценности

Истинная ценность человека определяется тем, насколько он освободился от эгоизма и какими средствами он этого добился

Ничто не принесет такой пользы человеческому здоровью и не увеличит шансы сохранения жизни на Земле, как распространение вегетарианства.

Нравственность - основа всех человеческих ценностей.

Порядок необходим глупцам, гений же властвует над хаосом.

Я убежден, что убийство под предлогом войны не перестает быть убийством

У человечества есть все основания ставить провозвестников моральных ценностей выше, чем открывателей научных истин.

Человек - это часть целого, которое мы называем Вселенной, часть, ограниченная во времени и в пространстве. Он ощущает себя, свои мысли и чувства как нечто отдельное от всего остального мира, что является своего рода оптическим обманом. Эта иллюзия стала темницей для нас, ограничивающей нас миром собственных желаний и привязанностью к узкому кругу близких нам людей. Наша задача - освободиться из этой тюрьмы, расширив сферу своего участия до всякого живого существа, до целого мира, во всем его великолепии. Никто не сможет выполнить такую задачу до конца, но уже сами попытки достичь эту цель являются частью освобождения и основанием для внутренней уверенности
Какой странный выпал нам, смертным, жребий! Каждый из нас тут краткий гость, с какой целью мы не знаем, хотя думаем иногда, что ощущаем ее. Но без глубокого размышления знаем, что существуем для других людей, знаем это из повседневной жизни.

Банальные объекты человеческих усилий - обладание чем-либо, внешний успех, роскошь - всегда казались мне презренными.

Мой политический идеал - демократия. Пусть каждый человек будет уважаем как индивидуальность и никто пусть не будет превращаем в кумира. Ирония судьбы в том, что я сам оказался получателем чрезмерных выражений уважения и почитания.

Я совершенно уверен, что для достижения цели необходима организация во главе с лидером, мыслителем и руководителем, несущим ответственность. Но лидерство не должно быть принудительным. Люди должны иметь возможность избирать своего лидера. Автократическая система принуждения быстро деградирует. Сила всегда толкает людей к низкой нравственности. Я уверен, что всякое тираническое правление осуществляется негодяями.

Я думаю, что главные человеческие ценности - это не политические декларации, а творчество мыслящих и чувствующих личностей.

К наихудшему проявлению стадной жизни - к милитаристской системе, я питаю отвращение. Для меня достаточно одной способности этих людей получать удовольствие от маршировки по четыре в виде воинственной банды, чтобы презирать их. Их головной мозг достался им по недоразумению - им достаточно одного спинного мозга. Это чумное пятно на человеческой цивилизации должно быть уничтожено с наиболее возможной скоростью.

Героизм по команде, бессмысленное насилие и весь отвратительный комплекс действий, которые творятся во имя патриотизма - как страстно я ненавижу все это. Каким презренным, подлым и гнусным делом видится мне война. Я скорее дам разрубить себя на куски, чем соглашусь участвовать в этой мерзости. Мое мнение о человеческой расе достаточно высоко, чтобы поверить, что этот мерзкий призрак давно бы исчез, если бы здравый смысл народов не подавлялся систематически оголтелой пропагандой.

Знание того, что существует нечто непроницаемое для постижения, наше восприятие глубочайших причин и самой лучистой красоты, которые лишь в самой примитивной форме постигаются нашим разумом - именно это знание образует истинную религию. В этом и только в этом смысле я являюсь глубоко религиозным человеком. Я не могу мыслить о боге, который награждает и наказывает свои творения.

Перевел с английского Юлий Шейнкер
*) Впервые опубликовано в "Forum and Century", т. 84, (1931 г.)